Часто семейные имена только немногим отличались от простонародных. Однако грядущие духовные лица назывались не Ларионовыми, а Илларионовыми. Однако куда чаще семинаристам давали фамилии в честь библейских героев, святых либо церковных праздников. В России возникли такие фамилии как Воскресенский, Преображенский, Благовещенский, Петропавловский, Первозванский и даже Магдалинский. Масса фамилий семинаристов происходила от названий животных, растений и минералов. А еще имела странноватые для российского уха латинские либо греческие корни. Потому, встретив человека с фамилией Бриллиантов либо Васильков, можно было быть уверенным, что перед тобой бывший семинарист либо отпрыск духовного лица.
Фамилии семинаристам присваивали ещё и в зависимости от успехов в учебе, и поэтому такие воспитанники получали фамилии Любомудров либо Добронравов. Те же, чьи успехи не были достаточно хорошими, могли иметь фамилию Ветринский, Непоседов. При этом за время учебы фамилию могли поменять не один раз, и был описан один случай, когда семинаристу, который стал лениться и отставать в учебе в поучение сменили фамилию на Крапивин, в честь растения, с помощью которого его пробовали научить уму разуму. Легкость, с которой изменялись фамилии будущим духовным сановникам, разъяснялась чрезвычайно элементарно. В Русской империи все учеты актов гражданского состояния (рождений, крещений, свадеб и смертей) занималась сама церковь. А поэтому она была сама себе хозяйка. Поэтому же фактору с середины XIX века была ещё одна категория народонаселения, которой по просьбе церкви позволялось с легкостью обретать новую фамилию, однако только один раз (евреи, которые приняли православие). Но в 1850 году руководство решило, что право, которое они получали после крещения за пределами черты оседлости довольный стимул для выхода из иудаизма. А хитросплетение христианского имени и отчества с еврейской фамилией дозволяет буквально предопределять сословную категорию их носителя. Поэтому замену фамилий "выкрестам" воспретили.